Стареют те, кто нажил капитал в 90-е годы. Еще при жизни бизнесмены продумывают различные схемы передачи имущества детям, нанимают армию юристов и советников. В сфере наследования намечаются новые тенденции, например вложение в закрытые паевые фонды. Как еще олигархи и просто состоятельные люди передают детям права на собственность и какие трудности с этим связаны, в нашем материале.
Картины, квартиры, заводы, счета…
Громкие споры и многочисленные накладки при передаче капиталов по наследству объясняются не только их запутанным происхождением или сложными схемами владения. Частная собственность в России фактически зародилась только в начале 1990-х годов. Поэтому практика передачи крупных капиталов не так развита, как на Западе.
Для хранения активов владельцы капиталов часто используют недвижимость, произведения искусства, золотые слитки, антиквариат, коллекционные эксклюзивные вещи. С юридической точки зрения, унаследовать все это намного проще, чем предприятие. Тем более, приватизированное в 90-е годы.
Также относительно несложно наследуются банковские счета. Через полгода после смерти человека наследники могут вступить в права и потребовать от банка накопленные средства со счетов — при условии, что им точно известно местонахождение денег. Если же этой информации у них нет, нотариусы запускают процедуру поиска счетов через обращения в различные банки.
Если счет открыт в иностранном банке, например в швейцарском, наследники или распорядители также должны знать, где искать, чтобы отправить запрос. Иначе деньги так и останутся на счетах. Так, в 2015 году швейцарские банки обнародовали списки вкладчиков невостребованных вкладов, а это 2600 человек и вклады на общую сумму 45 млн долларов.
Похожим образом наследуются акции и облигации умершего. Нотариус направляет запросы в организацию, где был открыт брокерский счет, или компании-эмитенту облигаций.
Достать из офшора
Перевод средств в офшоры — распространенная практика среди владельцев крупных капиталов. Но получить такие активы наследникам иногда еще сложнее, чем сам бизнес.
Важно, оставил ли покойный завещание. «Если такой документ есть, то составлен он должен быть по правилам страны-последнего места жительства и в то же время соответствовать законам страны-офшора и переведен на соответствующий язык», – говорит управляющий партнёр аудиторской компании «Юстиком» Юлия Зазуля.
Если завещания нет, порядок наследования устанавливает суд иностранного государства. Но судебная процедура очень дорогая и может затянуться на годы. Право на наследство имеют только те лица, имена которых зафиксировал судебный акт.
Если актив представлен компанией, то важно, не находится ли во главе фирмы так называемый номинал. Это человек, только официально зарегистрированный как владелец компании, но по факту не управлявший ею. Чаще всего это гражданин страны, в которой зарегистрирован офшор. В таком случае доказывать бенефициарный интерес придется в суде иностранного государства.
«Получить деньги и акции в офшорах — как по завещанию, так и без — сложно и дорого. С одной стороны, соблюдение всех процедур убережет наследство от оспаривания другими потенциальными наследниками. С другой — если возникнут нестыковки, процесс зайдет в тупик, и наследник не получит ничего», — продолжает Зазуля.
Альтернативные пути получения наследства проще, но связаны с высоким риском оспаривания завещания. Это передача акций в траст или в частный фонд, прижизненное отчуждение активов. Самым надежным и низкорисковым считается совместное владение акциями, которое оформляется при жизни, указывает эксперт. Тогда передача прав владения после смерти одного из акционеров происходит автоматически.
Но передача наследникам крупной доли в компании обычно имеет смысл только в том случае, если они готовы продолжать семейный бизнес или хотя бы участвовать в нем.
По словам аналитика SoftLink Дмитрия Лукашова, «сберегать капитал в офшорах – давно отработанная схема; в ряде развитых стран очень высокие налоги на наследство: в Германии, Франции и Японии – до 50%, в Великобритании – 40%». Но если придерживаться этой «налоговой» логики, оставлять капитал в России как раз выгоднее: налога на наследство по завещанию как такового нет, за исключением отдельных случаев, когда платится НДФЛ. Наследники оплачивают только небольшие пошлины и сборы. Следовательно, если деньги переводят в офшоры, напрашивается вывод о намеренном прятании капитала за рубежом, а это уже повод заинтересоваться для Генпрокуратуры. «Впрочем, проблем с получением наследства у детей миллиардеров быть не должно, – продолжает аналитик. – Обычно проделывается огромная работа с участием юристов и финансистов, чтобы наследники после ухода из жизни родителей смогли безболезненно и с минимальными издержками получить деньги».
Family office и ЗПИФы
Более сложный инструмент хранения больших денег — это акции и фонды типа family office, или фонды для квалифицированных инвесторов (ФКИ). Последние бывают разных типов и форматов, например, паевой траст, инвестиционная компания и др. Паевой траст, или Unit Trust, представляет собой инвестфонд с некорпоративной структурой, принцип работы заключается в управлении активами и выплатой прибыли инвесторам-бенефициарам вместо повторного реинвестирования. Инвестиционная компания осуществляет доверительное управление активами, вложением и диверсификацией средств на бирже.
Таким образом, семейные офисы, или family office, — структуры, включающие одну и более семей, которые доверяют фонду управление активами в виде инвестирования или контроля над управлением финансами. Акций таких фондов нет на бирже, и доступны они только для квалифицированных, профессиональных инвесторов. Это позволяет пайщикам снизить риски.
В 2016 году глава «Роснано» Анатолий Чубайс рассказывал Forbes, что владеет «небольшим» single family office. Но когда поменялось законодательство, ему как российскому чиновнику пришлось расстаться с активом.
В октябре 2020 года стало известно, что Катерина Босов, владелица “Сибирского антрацита”, передала в управление УК “Эвокорп” свою долю наследства Дмитрия Босова, что, по данным ФАС, составляет более 43% акций компании. Этим она развеяла слухи о возможном выводе миллиардных активов за рубеж: деньги остаются в России. Этот способ хранения денег набирает популярность: так, “КоммерсантЪ” регулярно публикует рейтинг управляющих компаний.
По оценке управляющего партнера адвокатского бюро “Соколов, Трусов и партнеры” Федора Трусова, это позитивный и прогрессивный шаг к деофшоризации активов. “Если раньше было выгоднее переправлять деньги на Кипр или в Норвегию, то теперь тренд изменился: большие деньги все чаще остаются в России. Деятельность ЗПИФов максимально открыта для главного финансового регулятора – Центробанка, куда стекаются данные обо всех операциях. ЗПИФы очень привлекательны из-за смягченного налогового режима: если дивиденды остаются в фонде и реинвестируются, налог на прибыль будет нулевым”, – комментирует эксперт.
Эксперты сходятся на том, что наследование больших капиталов – тема неоднозначная и сложная. Несмотря на связи и деньги, всегда можно просчитаться. Яркий пример: дело Березовский – Патаркацишвили, когда миллиарды долларов, нажитые в совместном бизнесе, разошлись по родственникам последнего, и это стало началом краха Березовского.
На сегодняшний день есть несколько способов оставить богатое наследство, с большими или меньшими трудностями и финансовыми или временными потерями. Некоторые ранее популярные методы вроде вывода капитала в офшоры постепенно теряют актуальность, уступая более современным инструментам.
